Главная | Каталог статей | Регистрация | Вход
Меню сайта
Категории раздела
Публикации о музее [18]
Авиация в Беларуси [159]
Морская авиация в Беларуси [3]
Статьи [29]
Литературное творчество пользователей сайта [6]
Личности в авиации [4]
Мы в Контакте
Наш канал в YouTube
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Форма входа
Друзья сайта
Сайт Авиационной Истории
Беларусские крылья
SkyFlex Interactive - Русский авиамодельный сайт Щучин - город авиаторов
Главная » Статьи » Статьи

Краснознаменный Витебский разведывательный. Часть 2.

Краснознаменный Витебский разведывательный. Часть 1.

Краснознаменный Витебский разведывательный. Часть 2.

1943 г. Год первых побед. Лето.

Наступило лето 1943 года. Шла подготовка Калининского и Западного фронтов к Смоленской наступательной операции, о которой лишь начали думать в штабах, а воздушные разведчики уже преступили к разведывательной работе. Командующим и штабам требовались подробные данные о противнике. Боевое напряжение в 11-м ОРАП возросло. Экипажи полка были разделены на две смены, и боевые вылеты совершались от темна до темна. Воздушная обстановка, особенно на смоленском направлении, значительно усложнилась. Ни один вылет не обходился без встречи с истребителями врага и обстрела зенитной артиллерией. На этом направлении действовали экипажи старшего лейтенанта Владимира Свирчевского, лейтенантов Михаила Глебова, Николая Георгиевского, Василия Паяльникова и Василия Пушкарева. [13]

Свирчевский В.С. Глебов М.М.

 

Георгиевский Н.В.  Паяльников В.Ф. Пушкарёв В.И.

23 июня в состав полка вернулась группа молодых экипажей, которые под руководством командира 2 АЭ Г. Мартьянова в течение месяца на аэродроме Анреаполь осваивала боевое применение самолёта Пе-2. В среднем на один экипаж было выполнено порядка 26 тренировочных полёта. Три экипажа, из числа обучаемых, даже выполняли боевые задания.

В один из июньских дней в первую смену летал экипаж лейтенанта Глебова. Первый вылет в район Смоленска прошел сравнительно спокойно. Во втором вылете экипаж производил фотографирование станции Ярцево. Зенитный огонь оказался сильным, но летчик не имел права даже маневрировать – фотографирование наземных объектов требовало выдержать боевой курс без каких-либо отклонений. Лётчик развернул Пе-2 на свой аэродром, лишь когда штурман закончил фотографирование. В районе Духовщины «пешку» атаковали два Ме-109. Штурман и стрелок-радист отстреливаясь из пулеметов, старались держать их на большом расстоянии, но те стремились сбить разведчика во что бы то ни стало. Глебов маневрировал, не давая противнику вести прицельный огонь. Фашисты отстали лишь тогда, когда горючее у них оказалось на исходе, что позволило Пе-2 благополучно возвратится на свой аэродром.

На смену экипажу Глебова, для разведки в районе Смоленска, прибыл его однокашник из 1-й АЭ - лейтенант Василий Пушкарев. Этот экипаж, где штурман старший лейтенант Лысенко и стрелок-радист младший лейтенант Ковалев, вылетел на фотографирование аэродрома под Смоленском. На обратном пути, после выполнения фотографирования, над линией фронта севернее Духовщины, они наткнулись на немецкий самолет-разведчик «Фокке-Вульф-189», которого охраняла пара ФВ-190. Ведущий пары «фоккеров» решил разделаться с нашим одиночным экипажем. В первой же атаке штурман, старший лейтенант Лысенко, огнем из пулемета подбил «фоккера», однако другой истребитель, сумел подойти сзади на малую дистанцию и расстрелять Пе-2 в упор. Удар пришелся по кабине летчика. «Петляков» вошел в отвесное пике и врезался в болото.

Летчика с сбитого ФВ-190 доставили в штаб полка. Он многое рассказал о смоленском аэродроме и авиационной технике на нём, о системе противовоздушной обороны. На следующий день советские бомбардировщики провели мощную штурмовку данного объекта. Были сильно повреждены ВПП, рулежные дорожки, уничтожены более 10 самолетов.

«В ночь с 16 на 17 июля было произведено два боевых вылета на самолётах У-2 в тыл противника с посадкой у партизан» - (БД № 197, 17.07.1943).

19 июля в полк пригнали два новых самолёта Пе-2 с завода.

20 июля экипаж лейтенанта Глебова перенацелили на витебское направление. Ему поставили задачу разведать и сфотографировать вражеские аэродромы, скопление войск и техники в обозначенном районе. В условиях сильного обстрела З.А. экипажу удалось сфотографировать интересующие объекты и вырваться из зоны огня. При продолжении маршрута полёта выйти скрытно в район Городка не получилось. Погода-то была ясная, безоблачная, превосходная для производства воздушного фотографирования, но и видимость была отличная. Поэтому-то, хотя Пе-2 и шёл на высоте 7200 метров, при подходе к Городку на их одиночный самолёт «набросилась» восьмерка «мессеров». Вскоре за правым двигателем «пешки» потянулся шлейф дыма. Вражеские летчики, увидев это, развернулись и ушли. Далее произошло следующее:

<…> «При возвращении с боевого задания – разведки районов: ДЕМИДОВ-ЗАОЛЬША-БОГУШЕВСКОЕ-БЕШЕНКОВИЧИ-СИРОТИНО-УЗКОЕ в районе СИРОТИНО на самолёте мл. лейтенанта ГЛЕБОВА /мл. лейтенант ТИМОФЕЕВ, мл. лейтенант КРИВЕНЦОВ /на Н=4000м упало давление масла в правом моторе и через некоторое время мотор загорелся. В районе оз. ЛОСВИДО, что южнее ГОРОДОК, лётчик скольжением сбил пламя и повёл самолёт на свою территорию. В районе ю.- в УСВЯТЫ лётчик обнаружил, что штурман мл. лейтенант ТИМОФЕЕВ во время тушения пламени выбросился в нижний люк на парашюте. Лётчик приказал стрелку-радисту не прыгать, передать на свой аэродром о вынужденной посадке и повёл самолёт на аэродром КОЧЕГАРОВО/мотор продолжал гореть/. Не рассчитав посадку на аэродром, посадил самолёт на пахоте в 300 м за границей аэродрома с убранными шасси. Самолёт подлежит восстановлению силами ПАРМа. При посадке лётчик мл. лейтенант ГЛЕБОВ получил ранение лица и головы. На самолёте У-2 доставлен в свою часть и положен в лазарет при БАО. Стрелок-радист мл. лейтенант КРИВЕНЦОВ невредим. Штурман мл. лейтенант ТИМОФЕЕВ выбросился на парашюте предположительно в районе 12 км сс-з г. Велиж» <…>- так было доложено в штаб 3 ВА «Боевым донесением штаба 11 оравп № 200, от 20.07.1943 г.»

(примечание – штурман Тимофеев, как оказалось впоследствии, попал в плен; в конце войны американские войска освободили его из лагеря).


Боевое донесение штаба 11 оравп № 200, 20.07.1943 г.

В лазарете, который находился в трёх километрах от аэродрома, хирург, капитан медицинской службы, Васильева в первый же день сделала сложную для тех условий операцию лица лётчику М. Глебову.

21 июля экипаж Николая Артемюка выполнял разведку глубоких тылов врага в Белоруссии. С заданием справился успешно, но на обратном пути «петлякова» атаковали два фашистских истребителя. Штурман лейтенант Виктор Таранухин и стрелок-радист ст. сержант Николай Димитров открыли по «фоккерам» пулеметный огонь и одного из них подбили. Но другой продолжал атаки, вывел из строя левый мотор «пешки». Артемюк на одном моторе пересек линию фронта и пытался дотянуть до аэр. Федотово, чтобы доставить командованию фотопленку с разведданными. Самолет был уже в районе аэродрома. Артемюк начал выполнять четвёртый разворот для захода на посадку, и в этот момент машина, войдя в крутую спираль, врезалась в лес, взорвалась и сгорела. Николай Артемюк и Виктор Таранухин погибли. Николая Димитрова взрывом отбросило в сторону. Он получил тяжелые травмы, но остался жив.- (БД № 201, 21.07.1943).

Артемюк Н. П.  Дмитров Н. А.

Их похоронили на опушке леса неподалеку от аэродрома.

В июле, в штат полка ввели самолёт Ли-2, который должен использоваться для переброски <…> груза и личного состава в тыл противника, летать ночью в сложных метеоусловиях, выполняя задания Военного Совета Калининского фронта [по обеспечению партизанских отрядов оружием, медикаментами, живой силой и другими грузами]. <…> Первоначально его экипаж состоял из командира корабля, лейтенанта Орлова Василия Фёдоровича, второго пилота, штурмана, механика бортового, младшего техника-лейтенанта Зозуля Анатолия Георгиевич, воздушных стрелков-радистов, сержанта Бережного Фёдора Андреевича и старшего сержанта Якушина Александра Ивановича. «За июль-август этим экипажем <…> было совершено 29 боевых вылетов ночью <…> перевезено большое количество личного состава и более 20 тонн груза в тыл противника. <…> При выполнении боевых заданий экипаж имел 6 встреч с ночными истребителями противника, несколько раз самолёт обстреливался интенсивным огнём З.А., <…> несмотря ни на какие трудности боевые задачи выполнялись успешно <…>.[12]

Орлов В. Ф. Зозуля А.Г.

В ночь с 29.07 на 30.07. младший лейтенант С.И. Васильев на самолёте У-2 летал на аэродром «подскока» к партизанам.

1 августа в полку отмечали 1-ю годовщина формирования. С самого утра среди авиаторов царило праздничное настроение. Военнослужащие ехали на аэродром и пели песни. На торжественное построение прибыли представители штабов воздушной армии и фронта. После построения тут же, на аэродроме, состоялось полковое собрание. С докладом выступил подполковник Лаухин. Он подвел итог боевой работы полка за минувший год, отметил лучшие экипажи, поставил задачи на период подготовки к Смоленской наступательной операции. Отличившимся вручили боевые награды.

При подготовке Духовщинско-Демидовской операции вспомогательный пункт управления (ВПУ) фронта разместился невдалеке от линии фронта. На фронте шла артиллерийская перестрелка, а на ВПУ кипела напряженная штабная работа. Она усилилась в связи с тем, что на Калининский фронт ожидалось прибытие Верховного Главнокомандующего И. В. Сталина. И действительно, он прибыл 5 августа 1943 года. Остановился в селе Хорошево (западный пригород г. Ржев) и вызвал командующего фронтом генерала А. И. Еременко. Заслушал доклад об текущей обстановке и утвердил план Духовщинско-Демидовской операции.

08.08 на аэродроме при стрельбе ракетами случайно подожжён самолёт У-2. Событие расследовалось «СМЕРШем».

14.08. не вернулся с боевого задания экипаж капитана Н. Е Самохина (штурман, старший лейтенант

С.И. Васильев, стрелок-радист, старший сержант Н.Н. Нежнов). Их самолёт был сбит истребителями противника в районе северо- восточнее н.п. Духовщина. Штурман был убит в воздушном бою. Лётчик и стрелок выбросились из горящего самолёта и приземлились на своей территории. Самохин был ранен в голову, сломал ногу и получил ушибы при приземлении. Стрелок, имеющий ранение головы и руки, был доставлен в полковой лазарет.

В эти дни командование полка представило, а командование 3 ВА утвердило представление на звание Героя Советского Союза старшего лейтенанта Владимира Свирчевского.

24 августа 1943 года пришел Указ Президиума Верховного Совета СССР о присвоении В. С. Свирчевскому звания Героя Советского Союза. Он был первым в 3-й воздушной армии среди тех, кто удостоен этого звания в годы Великой Отечественной войны.

Для обработки плёнки и снимков в полку создали фотослужбу в составе двух отделений: лабораторной обработки, начальником которого назначили воентехника 3 ранга Ивана Григорьевича Шишкарева, и фотограмметрической обработки, которое возглавил старший лейтенант Пётр Калашников. Позже прибыл лейтенант Михаил Розов, организовавший 3-е отделение службы – дешифровки. В нём подобрались замечательные специалисты – рядовые Михаил Альтшулер, Андрей Белоусов, Григорий Кулибин, Галина Пастух, Евдокия Плеханова, Александр Проворов, Николай Сычков и другие.[13]


Шишкарев И.Г.

Командование 11 ОРАП постоянно контролировали работу службы, оказывали помощь.

Фотоспециалисты трудились с большим напряжением сил, особенно во время подготовки к очередной операции фронта, когда экипажи часто вылетали на разведку вражеских войск. Поскольку для обработки фотопленки требовалось много воды, служба располагалась обычно возле водоемов. В зимнее время растапливали снег в бочках. Объем работы значительно увеличился, когда самолеты Пе-2 оснастили фотоаппаратами с качающимися установками. Это помогало экипажам за один заход производить съемку площади в два-три раза шире прежней.

«14.08.1943г на доукомплектование полка перегнано 5 самолётов Пе-2 с завода № 22» - п.7 Боевое донесение (БД) № 225 штаба 11 ОРАП. В этот день «<…> не вернулся на аэродром экипаж сержанта Б.А. Сташука (штурман, ст. сержант В.С. Шейко, стрелок-радист, ст. сержант А.И. Зябенков). При выяснении причины представителем 11 ОРАП капитаном В.Т. Гармаш было установлено, <…> что Пе-2 был сбит своим истребителем. Лётчик и стрелок погибли. Штурман получил сильные ожоги и находится в лазарете 111 БАО. Самолёт разбит и ремонту не подлежит».- БД № 226, 14.08.1943.

«26.08 в состав полка из 5 УТАП прибыло 8 новых лётчиков и 3 штурмана из полка связи» – БД № 236 штаба 11 ОРАП.

  Подготовка к Духовщинско-Демидовской операции закончилась и 14 августа после сильной артиллерийской и авиационной подготовки войска 39-й и 43-й армий Калининского фронта перешли в наступление.

Перед разведкой фронта встала задача уточнить группировку фашистских войск, выявить число вновь прибывших частей, вскрыть систему обороны как на подступах к опорному пункту, так и в самой Духовщине. Эту задачу решали все виды фронтовой разведки, в их числе и экипажи 11-го ОРАП. По докладу командования полка накануне наступления:

«<…> в полку 27 боеспособных летчиков, 25 штурманов, столько же стрелков-радистов. Кроме того, подготовлены для выполнения боевых задач еще 15 экипажей из нового пополнения. Они готовы к вылету в любой момент. Самолетов не хватает. Из 24-х «пешек» исправны всего 17. <…> Причиной неисправности являются повреждения, полученные в боевых вылетах: 6 находятся на ремонте в полевой мастерской 3 ВА, один еще не доставили с места вынужденной посадки. <…>

В числе наиболее опытных стоит назвать экипажи:

- капитана С. Володина (штурман, ст. лейтенант В. Негорожин, стрелок-радист, ст. сержант

 А. Ремизов);

- мл. лейтенанта Я. Орлова (штурман, лейтенант Ф. Лежнюк, стрелок-радист ст. сержант

В. Иванц);

 - лейтенанта М. Зевахина (штурман, лейтенант И. Турчанов, стрелок-радист, сержант

В. Погорелов);

- мл. лейтенанта В. Паяльникова (штурман, лейтенант П. Шелядов, стрелок-радист, сержант Е.Насоловец);

- капитана В. Стругалова (штурман, лейтенант А. Антонов, стрелок-радист, старшина

М. Корсаков);

- мл. лейтенанта П. Сафронова (штурман, мл. лейтенант А. Титов, стрелок-радист, сержант

М. Артёмов);

- мл. лейтенанта Терехова (штурман, лейтенант С. Васильев, стрелок-радист, сержант

Я. Шмычков);

- мл. лейтенанта А. Ракова (штурман, мл. лейтенант Н. Блищавенко, стрелок-радист, сержант

Н. Крылов);

среди «молодых» экипаж:

- мл. лейтенанта С. Мосиенко (штурман, лейтенант П. Шаповалов и стрелок-радист, сержант А. Зибенков), хотя этот экипаж летает в составе 11-го ОРАП лишь с марта 1943 года.»[13]

В конце августа в полк из госпиталя вернулся лейтенант Солдаткин Н.А. Он с первого же дня стал просить командира полка включить его в плановую таблицу, разрешить летать.

30.08 при взлёте из-за ошибки лётчика ст. сержанта Терехова сгорел самолёт Пе-2. Экипаж невредим.


1943. Осень. Освобождение Смоленщины.

01.09.1943г в Боевом донесении № 242 сообщалось, что « <…> экипаж лётчика, дважды орденоносца, мл. лейтенанта Паяльникова (штурман, ст. лейтенант Шелядов – трижды орденоносец, стрелок-радист, сержант - орденоносец Насоловец) произвели 1000-й боевой вылет полка в 1943г.»

Надолго запомнилось воздушным разведчикам день 9 сентября. Командование фронта потребовало данные о переднем крае обороны врага на духовщинском направлении. Необходимо было сфотографировать с высоты 5000 метров рубеж обороны длиною в 50 километров и на всю тактическую глубину. На разведку вылетело звено в составе ведущего капитана А. Леонова (штурман, капитан Г. Бахвалов, стрелок-радист старший сержант Н. Бокань) и ведомых - лейтенанта

Н. Солдаткина (штурман. старший лейтенант В. Волков, стрелок-радист, старшина Д. Кольцов) и младшего лейтенанта Т. Саевича (штурман, младший лейтенант И. Русанов, стрелок-радист, старшина К. Дьяконов). Звено прикрывали 18 истребителей Як-7. Разведчики подверглись атаке вражеских истребителей ФВ-109. Им удалось прорваться к самолету Саевича. Погиб стрелок-радист Константин Дьяконов. «Фоккеры» смогли поджечь самолет. Скольжением лётчик попытался сбить пламя, но огонь охватил машину. Саевич приказал экипажу прыгать. Сначала горящий самолет покинул Иван Русанов, за ним прыгнул Тимофей Саевич. А экипажи Леонова и Солдаткина продолжали фотографировать оборону фашистов до конца. Выполнив последний заход, взяли курс на свой аэродром. Фотопленку на аэродроме ожидали с нетерпением. Сразу же после обработки ее доставили в штаб. Однако там выяснилось, что не все участки обороны врага видны четко.

«Дополнительным опросом экипажей сопровождающих истребителей установлено, что экипаж лейтенанта Саевича (мл. лейтенант Русанов, сержант Дьяконов) не вернувшийся с боевого задания 09.09.43 выбросился с горящего самолёта в районе 4 км восточнее Духовщина. Судьба экипажа неизвестна». – Боевое донесение № 252 штаба 11 ОРАП

Два дня подряд на поиски экипажа Саевича вылетали разведчики полка, но безрезультатно. На третий день возвратился Иван Русанов – бледный, изможденный, грязный. После рассказа Русанова ни у кого не осталось сомнений, что командир экипажа Тимофей Саевич и стрелок-радист Константин Дьяконов погибли.

В течение дня 10.09.1943г. (с 06-00 до 21-00) 8 экипажей полка продолжали вести «<…> разведку движения и сосредоточения войск и технических средств противника по грунтовым, шоссейным и железным дорогам по <…> [заданным] <…> направлениям». При фотографировании площади северо -восточней Духовщина под прикрытием 14 истребителей 2 самолёта Пе-2 - экипажи капитана Алексея Леонова (капитан Бахвалов, старший сержант Бокань) и лейтенанта Николая Солдаткина (старший лейтенант Волков, старший сержант Кольцов) вылетели на повторное фотографирование рубежа. Они были атакованы 12 истребителями противника. На самолёте Солдаткина были пробиты консольные баки. В воздушном бою были сбиты один ФВ-190 и один Ме-190.

Воздушные разведчики полка пятикратно сфотографировали оборону врага па духовщинском направлении. После дешифровки снимков вскрыли 32 батареи зенитной артиллерии, 131 дзот, 289 площадок для станковых пулеметов, 333 блиндажа, 33 артиллерийские батареи полевой артиллерии, 19 минометных батарей, 12 наблюдательных пунктов. На аэродромах обнаружили 230 самолетов. На жел. дорожных станциях Смоленск, Ярцево, Ельня стояли 8228 товарных вагонов. Кроме того, установлено, что по шоссейным дорогам на духовщинском направлении двигались 738 автомашин и 550 повозок.

У командования фронта сложилась полная и ясная картина о группировке фашистов, их огневой системе, инженерных сооружениях. На основе этих данных командование Калининского фронта разработало план наступления на духовщинском направлении.

14 сентября войска РККА взломали оборону противника, разгромили вражескую группировку и 19 сентября овладели опорным пунктом и городом Духовщина.

21.09 во время тренировочного полёта на аэр. Андреаполь разбился экипаж сержанта Н.И. Фортушного (штурман, младший лейтенант И.А. Сенин, стрелок-радист, старший сержант М.А. Скуратов). Лётчик и штурман погибли, стрелок получил ранение.

Войска, упорно продолжая наступление на Смоленск, освободили город от фашистских захватчиков 25 сентября 1943 года. Это была большая победа.

«В этот день полк [11 ОРАП] боевой работы из-за метеоусловий не проводил. С лётным составом проводились занятия на тему: «Разведка в осенне-зимний период». Технический состав занимался подготовкой матчасти к зимним условиям. Отчётная техническая готовность полка составляла 17 самолётов Пе-2, 1 самолёт У-2, 1 самолёт Пе-2 в 123 САМ, 3 самолёта в полевом ремонте. Действующих экипажей -13».

В полдень, 28.09, в землянке командира полка зазвонил телефон. В трубке раздался голос командира дивизии, освобождавшей Смоленск, который сообщил, что лётчик Саевич Т. жив и находится в комендатуре г. Смоленска. «Приезжайте и заберите его! Слишком уж в полк рвется. Боюсь, как бы пешком не рванул!»

 Командир эскадрильи майор Г. А. Мартьянов тотчас же отправился в Смоленск. Там действительно встретил Т. Саевича, которого в общем-то трудно было узнать: тот едва стоял на ногах, с распухшим от ожогов лицом, покрытым отросшей за две с лишним недели щетиной, с забинтованной головой, в рваном и грязном обмундировании.По дороге в полк Тимофей расспрашивал об однополчанах. О себе рассказал, что выбросился из горящего самолета на парашюте. Парашют раскрылся, но Тимофей почувствовал, что падение стремительное. Оказалось - парашют прогорел. Перед самой землей увидел, что опускается на крону огромного дерева, одиноко стоявшего у дороги. Услышал, как затрещали ветки. После удара о землю потерял сознание. Очнулся и понял, что попал в плен. На следующий день его перевезли в лагерь военнопленных. Откуда вместе с тремя, такими же как он, 15 сентября удалось совершить побег. День был сырой и хмурый - природа не позволила собакам взять след. Несколько дней они просидели в канализационном колодце рядом с овощным огородом, куда по ночам вылезали за овощами. Наконец они дождались наших пехотинцев. Бойцы привели всех в комендатуру Смоленска. С бывшими военнопленными беседовал командир дивизии. Узнав от Саевича, что он служил в полку Лаухина, генерал позвонил в часть.

А еще через неделю экипаж Тимофея Саевича в составе штурмана Ивана Русанова и стрелка-радиста Дмитрия Лапсина включился в боевую работу. В этом составе они летали до последнего дня войны - в будущем став экипажем Героев.[13]

Саевич Т.А. Русанов И. Е. Лапсин. Дм. М.

Приказом ВГК № 17 от 19 сентября 1943 года за освобождение городов Духовщина и Ярцево 11-му отдельному разведывательному авиационному полку объявлена благодарность.

Сразу после завершения Духовщинско-Демидовской операции в полку произошло еще одно радостное событие: Указом Президиума Верховного Совета СССР от 2 сентября 1943 года командиру авиационного звена капитану Николаю Ермолаевичу Самохину присвоено звание Героя Советского Союза. Теперь в полку стало два Героя Советского Союза.

В конце сентября 1943 года в штаб полка поступила команда подготовиться к перелёту с аэродрома Колпачки на аэродром Паньково, находящийся севернее г. Велижа, на берегу реки Западная Двина.

Ведение воздушной разведки с этого аэродрома протекало в сложной наземной и воздушной обстановке. После овладения Смоленском войска Калининского фронта преследовали отходившие дивизии противника, которые цеплялись за удобные, заранее подготовленные промежуточные рубежи и опорные пункты. К началу октября гитлеровские войска отошли к заранее созданному оборонительному рубежу Езерище – Городок - Витебск, где оказали упорное сопротивление, и наши войска вынуждены были приостановить наступление. Требовалось произвести тщательную разведку этого вражеского рубежа. В полк Н. И. Лаухина ежедневно поступали распоряжения командования по разведке объектов противника, поэтому экипажи один за другим были вынуждены постоянно вылетать на задания.


Майор Л. Хандобин (первый слева) проводит политинформацию с техсоставом

Проводились партийные собрания и заседания бюро эскадрилий, на которых, как правило, обсуждались меры по обеспечению роли коммунистов в выполнении боевых заданий. Нередко члены партии предлагали принять все меры к тому, чтобы обеспечить полеты без происшествий и предпосылок к ним, более качественно готовить самолёты к каждому заданию. Такие же вопросы обсуждались и на комсомольских собраниях. Проводились также митинги по подписке на Государственный заём. Обычно никто из авиаторов не подписывался меньше чем на два месячных оклада.

Заместитель командира полка по политчасти организовывал политинформации, прослушивание сводок Совинформбюро. Последние, как правило, комментировали парторги, пропагандисты, увязывали их с конкретными задачами экипажей на очередной летный день. Вся партийно-политическая работа в эскадрильях проводилась, на первый взгляд, урывками, в периоды между вылетами, на стоянках, под крылом самолета, в землянках, однако была она постоянной, целенаправленной и потому высокоэффективной. Большой популярностью среди авиаторов пользовались боевые листки, стенные газеты «За Родину!», «Разведчик» и другие.

В часы досуга воздушные разведчики никогда не скучали. Собираясь вместе, они часто пели полюбившиеся им песни. Наиболее популярными среди них были «Катюша», «Вечер на рейде», «Землянка», «По долинам и по взгорьям».

В октябре 1943 года разгорелись бои на правом крыле Калининского фронта – командование проводило частную операцию на невельском направлении. За активное участие полка в этой операции приказом ВГК № 30 от 7 октября 1943 года за освобождение города Невель 11-му отдельному разведывательному авиационному полку была объявлена благодарность Верховного Главнокомандующего.

По-осеннему всё чаще портилась погода: небо затягивали серые громоздкие облака, часто моросил дождь, ограничивая и без того плохую видимость. Земля на аэродроме раскисала. Это заметно ухудшило условия взлета и посадки. Дни, когда приостанавливались полёты на боевые задания, использовались для тренировочных полётов на самолёте У-2 по курсу «слепой подготовки» опытных лётчиков. В октябре выдалось всего лишь 12 лётных дней, в течение которых экипажи произвели 149 боевых и 37 тренировочных самолетовылетов. Из этого числа на фотографирование ушло всего 47 боевых вылетов. В ходе их фотографировалась оборонительная полоса противника на глубину до 12 километров.

Теперь на разведку вылетали не только опытные, но и молодые экипажи, в том числе младшего лейтенанта Паяльникова В.Ф (штурман, лейтенант Шелядов П.И, стрелок-радист, сержант Насоловец Е.М), младшего лейтенанта Шкуто А.И (штурман, младший лейтенант Москаленко А.И, стрелок-радист, сержант Фадеев Г.П), старшего сержанта Степановича Н.Г (штурман, сержант Иванов С.И, стрелок-радист, сержант Апанасенко), младшего лейтенанта Ракова А.М (штурман, младший лейтенант Блищавенко Н.А, стрелок-радист, сержант Крылов Н.И). В октябре экипажи 35 раз встречались с фашистскими истребителями, которые атаковали одиночные Пе-2 группами до 12 истребителей. На редкость трудной была первая половина октября. За это время полк потерял 8 самолетов Пе-2. Погибли 5 летчиков, 3 штурмана и 4 воздушных стрелка-радиста.

За 10 месяцев этого года полк трижды пополнялся, поскольку нёс большие потери.

Утром 6 октября после мощной артиллерийской и авиационной подготовки советские войска перешли в наступление, прорвали оборону противника. В прорыв были введены танковые и моторизованные части, которые 6 октября на высоких скоростях ворвались в город Невель. Внезапный кинжальный удар на невельском направлении ошеломил гитлеровское командование, и оно начало спешно перебрасывать к месту прорыва новые силы. Экипажи воздушных разведчиков вели наблюдение за дорогами, шедшими по направлению к Невелю, чтобы командование смогло своевременно принять решение на отражение контрудара.

За активное участие полка в этой операции приказом ВГК № 30 от 7 октября 1943 года за освобождение города Невель 11-му отдельному разведывательному авиационному полку была объявлена благодарность Верховного Главнокомандующего (ВГК).

6 октября полк в составе 10 самолётов произвёл 13 боевых вылетов, на фотографирование площадей 5 боевых вылетов. Самолёт старшего лейтенанта Михаила Зевахина (штурман, старший лейтенант Иван Турчанов, стрелок-радист, старшина Василий Погорелов) был подожжён в момент фотографирования обороны противника в районе оз. Сенница-Опухлики. Его атаковали истребители «ФВ-190». Самолёт упал в районе н.п. Усвяты (севернее 15 км). Члены экипажа воспользовался парашютами. Лётчик М. Зевахин получил тяжелое ранение ноги, у старшины В. Погорелова были сильно обожжены лицо и руки. Штурман И. Турчанов погиб.

7 октября 11 самолётов полка выполнили 12 боевых вылета. Экипаж старшего сержанта Н. Степановича фотографировал оборону фашистских войск в районе Б. Суравки, северо-западнее г. Городок. Его атаковали Ме-109. Штурман сержант С. Иванов и стрелок-радист, сержант Апанасенко пулеметным огнем отбивали натиск «мессеров».

09 октября «<…> на самолёте мл. лейтенанта Терехова (штурман, лейтенант С.В. Васильев, стрелок, старший сержант Я.С. Шмычков) при возвращении из разведки <…> над линией фронта произошёл поочерёдный отказ двигателей. <…> Пришлось садиться «на вынужденную» <…> с убранными шасси на подобранной площадке. Самолёт разбит. Экипаж получил переломы костей и травмы мягких тканей». – Боевое донесение № 282 штаба 11 ОРАП.

10 октября 14 самолётов полка выполнили 19 боевых вылетов. Экипаж младшего лейтенанта А. Ракова вел наблюдение за передвижением войск противника по шоссейным дорогам, ведущим к Невелю. Его атаковала пара ФВ-190. Штурман младший лейтенант Н. Блищавенко и стрелок-радист сержант Н. Крылов пулеметным огнем и авиационными гранатами АГ-2 отразили атаки вражеских истребителей.

11 октября над аэродромом Паньково, где располагался полк, разыгралась трагедия с экипажем

старшего лейтенанта Николая Солдаткина. Он проводил учебно-тренировочный полёт, проверяя уровень подготовки молодого летчика, лейтенанта С.С. Светова, прибывшего в полк вместе с очередным пополнением. Экипаж вернулся с маршрута и находился уже над аэродромом. Так случилось, что из-за допущенной ошибки самолет свалился на крыло и упал в лес рядом с посадочной полосой. При ударе о землю «петляков» взорвался. Экипаж сгорел вместе с самолетом. В память о боевом однополчанине ещё на одном самолёте Пе-2 во всю длину фюзеляжа авиаторы написали его имя – «Николай Солдаткин». И на этом «петлякове» до конца войны летали на разведку лучшие экипажи.

Драматический случай произошел 12 октября с экипажем младшего лейтенанта А. Шкуто, который производил разведку на невельском направлении. «Петлякова» атаковали истребители «Ме-109». В первом же заходе они убили стрелка-радиста сержанта Г. Фадеева. Во время второй атаки «мессеры» пробили центральный бензобак. Пе-2 загорелся и взорвался. Летчика и штурмана выбросило из кабины, они смогли раскрыть парашюты, и оба приземлится в районе жел. дорожной станции Лиозно. Штурмана А. Москаленко, получившего ранение в голову и сильный ожог лица, отправили в госпиталь, а летчика А. Шкуто, который был ранен легко, направили во фронтовой дом отдыха.

Экипаж младшего лейтенанта Г. Сафронова (штурман, младший лейтенант А. Титов, стрелок-радист, старший сержант А. Немченко) был подожжён истребителями противника в воздушном бою. Лётчик смог перелететь линию фронта и попытался сесть на непригодную площадку. Штурман выпрыгнул из самолёта при пересечении линии фронта. Самолёт при посадке был разбит. Лётчик погиб, стрелок-радист получил тяжёлые ранения, судьба штурмана неизвестна.

Не вернулся после вылета на выполнение боевого задания экипаж капитана Стругалова В.Ф. (штурман, лейтенант Антонов А.Г., стрелок-радист, сержант Артёмов М.Е.) - БД № 285.

«В течение дня, [12.10 1943 года] передовая команда приступила к перебазированию на аэродром Паньково». – БД № 285.

13 октября экипаж капитана С. Володина (штурман капитан В. Гармаш, стрелок-радист, сержант

А. Ремизов) вылетел на разведку шоссейных дорог. Разведчики обнаружили колонну автомашин, танков и артиллерии. Она спешно передвигалась по дороге от Витебска к Городку. Колонну сфотографировали и по возвращении на свой аэродром фотопланшет отправили в штаб фронта. [13]


Слева направо: штурман капитан Г. Гармаш, лётчик капитан С. Володин, стрелок-радист С. Ремизов [13]

20 октября, в день, когда Калининский фронт переименовали в 1-й Прибалтийский, экипаж старшего лейтенанта Михаила Глебова вылетел на задание. Пе-2 приблизился к автомагистрали Орша – Витебск. Экипаж несколько раз пересек шоссе на небольшой высоте. Неожиданно навстречу самолету хлестнули огненные трассы скорострельных пушек и крупнокалиберных пулеметов. Показалась голова огромной колонны танков, машин и другой военной техники врага. Она двигалась в направлении к Витебску. По команде командира стрелок-радист Сергей Иванов начал передавать на КП полка сведения о движении колонны. Одновременно эти данные принимались на КП воздушной армии и КП фронта. После того как «петляков» дошел до хвоста колонны и стрелок-радист передал последнюю короткую радиограмму о примерной численности вражеских войск, самолёт направился на свой аэродром. При подходе к линии фронта они были атакованы парой Ла-5. Несмотря на подачу сигнала «я свой» истребители подожгли Пе-2. Штурман Иван Королев был убит. Михаил Глебов получил осколочное ранение в голову. Он приказал Иванову оставить самолет. Это произошло в двух километрах от шоссейной дороги, идущей от Демидова к Велижу. Истребители стали расстреливать спускающийся на парашютах экипаж. На земле лётчик был встречен нашими солдатами, которые сообщили, что и стрелок-радист Сергей Иванов погиб. Михаила Глебова на машине доставили на свой аэродром. Там ему стало известно, что разведданные экипажа, переданные с борта самолета, сослужили добрую службу: на разгром вражеской колонны немедленно вылетела большая группа штурмовиков Ил-2. Они нанесли ощутимый урон врагу, который перебрасывал бронетанковую дивизию с южного участка фронта в район Витебска.

В течение 20 октября 11 ОРАП смог закончить перебазирование личного состава и технического имущества на аэр. Паньково.

На невельском направлении бои продолжались и в ноябре, правда, погода «начала шалить» - небо наглухо затягивала 10-и балльная облачность, нижняя кромка которой была в 50 – 300 метрах от земли, а видимость колебалась от одного до четырех километров. Из-за этого в ноябре полком были использованы всего 5 лётных дней. Экипажи выполнили 12 боевых вылетов. В пяти из них экипажи сфотографировали 475 квадратных километров площади, занятой противником. Шесть фотопланшетов заполнили белые пятна на разведывательной карте фронта. Цена этих разведданных по-прежнему была высокой.

17 ноября экипаж лейтенанта А.П. Волкова (штурман, лейтенант Г.С. Скуратов, стрелок-радист, сержант П.И. Васютенко) вел разведку на невельском направлении. «Пешка» подверглась атаке «фоккеров». Один вражеский истребитель удалось сбить, но другой все-таки поджёг наш самолет-разведчик. По команде Волкова члены экипажа выбросились с парашютами. Сам Волков приземлился на нашей территории, а лейтенант Скуратов – на нейтральной полосе.

Волков А.П. Скуратов Г.С. Васютенко П. И.

20.11.1943 возвратились в часть лётчик, лейтенант Волков А.П. и штурман, лейтенант Скуратов Г.С.

Стрелок-радист сержант П. Васютенко предположительно был убит во время воздушного боя.

Общие потери полка за октябрь и ноябрь 1943 года получились весьма большими. Осталось всего 13 самолетов Пе-2, но лишь 7 из них – исправные, 6 – требовали ремонта, причем один еще находился на месте вынужденной посадки, и его предстояло переправить на аэродром. В строю числилось всего 19 летчиков, 21 штурман, 22 стрелка-радиста.

 

1943.Зима. Начало освобождения Витебщины.

Подполковник Н. И. Лаухин решил использовать ноябрьское временное затишье в боевой работе для проведения летно-тактической конференции в полку. Стали готовить доклады и содоклады, выступления летчиков, штурманов, стрелков-радистов. В целях наглядного оформления полковые умельцы изготовили схемы, таблицы, диаграммы. Новый командующий 3 ВА генерал Н. Ф. Папивин, который сменил убывшего на Западный фронт генерала М. М. Громова, также решил присутствовать на этой конференции в полку. Прибыл он не один, а вместе с начальником штаба 3 воздушной армии генералом Н. П. Дагаевым.

Первым с докладом «Ведение воздушной разведки в наступательной операции фронта» выступил подполковник В. Л. Дробышев. Используя вывешенную рядом с трибуной схему, начальник штаба коротко рассказал о фронтовой операции, целях, подробно изложил задачи воздушной разведки, утверждая, что разведчики 11 ОРАП в состоянии в короткие сроки добывать самую свежую и достоверную информацию о противнике. С содокладом на тему «Летно-тактические возможности самолета Пе-2 при ведении воздушной разведки» выступил командир эскадрильи майор Г. А. Мартьянов. По его информации, удельный вес вылетов на фотографирование вражеских войск постоянно возрастал. Особенно подробно Г. А. Мартьянов остановился на использовании разведчиками высоких тактико-технических данных новой фотоаппаратуры – АФА-1, АФА-БА, АФА-И. Эта фотоаппаратура дала возможность значительно расширить диапазон высоты и скорости полета при ведении разведки. Далее выступили В. Г. Захожий, ст. лейтенант В. С. Свирчевский, капитан С. И. Володин. Лейтенант же В. Ф. Паяльников, рассказал о работе своего экипажа, в составе штурмана П. Шелядова и стрелка-радиста Евг. Насоловец. С заключительным словом на конференции выступил генерал Н. Ф. Папивин.

Конференция оказалась полезной во всех отношениях. Командование полка сумело обобщить и проанализировать не только опыт экипажей, но и собственные действия при организации воздушной разведки. В дальнейшем многое из того, что обсуждалось на конференции, летчики, штурманы и стрелки-радисты пытались эффективно использовать в боевой работе.

05.12.1943 из-за плохих погодных условий 11 ОРАП вёл ограниченную боевую работу силами экипажей капитана Леонова (капитан Постанюк, ст. сержант Бокань) и капитана Свирчевского (старший лейтенант Захожий, старший сержант Лаписин), вылетевших во второй половине дня на разведку погоды с попутной разведкой назначенных районов и фотографирования переднего края обороны противника. В течение дня проводились тренировочные полёты на самолёте У-2 (По-2). Летали на отработку техники пилотирования в облаках лётчики Н. Георгиевский, Б. Власов, Я. Орлов, А. Раков, А. Шкуто. 10 полётов на самолёте УСБ налетали лётчики Г. Мартьянов, А. Леонов, В. Свирчевский, С. Володин, П. Шинкарёв. Подобные тренировочные полёты проводились и 11.12.1943. В ночь с 10.12 на 11.12. было произведено 36 тренировочных полётов на самолёте У-2. Вывозились лётчики С. Висягин, Смирнов, Уткин.

24 декабря войска 1-го Прибалтийского фронта после овладения городом Городок, охватили витебскую группировку противника с северо-запада и остановились на ближних подступах к Витебску, где гитлеровцы оборонялись на сильно укрепленном рубеже.

23.12.1943 на аэродром базирования 11 ОРАП был перегнан из ремонта самолёт Ли-2.

В оставшиеся дни декабря погодные условия не позволяли проводить боевые разведочные полёты, поэтому в полку регулярно велась техническая и политическая учёба личного состава, усиленные работы по ремонту и обслуживанию техники. Проводились тренировочные полёты на самолёте У-2 по курсу «слепой» подготовки.

В декабре из-за плохих метеоусловий было всего лишь 5 лётных дней, в течение которых экипажи провели 15 боевых и 73 тренировочных самолетовылетов.

По состоянию на 01.01.1944 в полку (согласно официального отчёта штаба 11 ОРАП) имелось

« <…> 9 действующих самолётов Пе-2, два самолёта У-2 (По-2), 1 самолёт Ли-2, 1 самолёт Пе-2 на вынужденной посадке в районе н.п. Руза, 1 самолёт Пе-2 в 123 САМ, 1 самолёт Пе-2 требует облёта. Работоспособных экипажей 10 и 4 экипажа в командировке.»

 

1944. Освобождение Белоруссии.

1944 год начался очередными победными салютами. В честь войск 1-го Украинского, 2-го Украинского; Ленинградского и Волховского фронтов добившихся к этим дням значительных успехов.

  Начиналось освобождение и Советской Белоруссии - войска Белорусского фронта овладели юго-восточными районами республики, городами Мозырь и Калинковичи. Впереди была операция «Багратион». Экипажи 11-го отдельного разведывательного авиационного полка уже начали принимать участие в ее подготовке: они летали над занятой врагом территорией на большую глубину, вплоть до берегов Балтийского моря.

В январе полк понёс большую утрату – погиб капитан Михаил Зевахин. Случилось это в глубоком советском тылу, куда ещё в конце ноября 1943 года небольшую группу экипажей во главе с командиром звена М. С. Зевахиным направили для того, чтобы перегнать в полк новые самолёты Пе-2.

Через несколько дней после случившейся гибели в полку стало известно о награждении М. С. Зевахина орденом Ленина и медалью «Золотая Звезда» Героя Советского Союза.

Группа перегонщиков самолетов задержалась для организации похорон экипажа капитана М. С. Зевахина. А через два дня они начали перелет на аэродром Паньково.

И еще одно знаменательное событие произошло в полку: 4 февраля 1944 года Указом Президиума Верховного Совета СССР Георгию Павловичу Бахвалову было присвоено звание Героя Советского Союза.

В разгар подготовки операции «Багратион» в 11 ОРАП произошла смена руководства: подполковник Н. И. Лаухина  был назначен заместителем командира бомбардировочной авиационной дивизии, а командиром 11 ОРАП стал командир 2 АЭ майор Г. А. Мартьянов.

На следующий день полку была поставлена задача: сфотографировать тактическую зону обороны противника на глубину 15 километров. Предстояло многократно сфотографировать наиболее важный участок северо-западнее Витебска, Сиротино, Шумилино, а также опорные пункты Витебск и Полоцк.

Интенсивность боевых вылетов заметно возросла. В погожие дни экипажам С. Володина,

Т. Саевича, М. Глебова, С. Мосиенко, В. Паяльникова, Я. Орлова и другим приходилось вылетать на разведку по два, а то и по три раза. [13]

Лётный экипаж разведчика Орлова Я.Н. Слева направо: командир экипажа Орлов Я.Н., штурман Лежнюк Ф.Г., стрелок-радист Круподёров И.М. 1944 г.[56]

Однако это стало совсем не просто, ведь гитлеровцы усилили воздушное прикрытие своих войск в Белоруссии значительным соединением истребительной авиации. Практически у наших воздушных разведчиков не было вылета, в котором бы не приходилось вести бой с истребителями врага. Правда, здесь, в тактической зоне, разведчики выполняли задания чаще всего под прикрытием своих «яков».

За первые 3 дня мая экипажи полка произвели 2 вылета и сфотографировали тактическую оборону противника площадью в 2738 квадратных километров. После дешифрирования снимков было обнаружено 287 артиллерийских батарей противника, 24 батареи зенитных орудий, 105 минометных батарей, 16 орудий противотанковой артиллерии, 1454 площадки для пулеметов, 283 дзота, 898 блиндажей и 23 наблюдательных пункта. Засняли также тыловые рубежи гитлеровцев в полосе предстоявшего наступления войск 1-го Прибалтийского фронта.

Для того, чтобы увеличить глубину воздушной разведки, в мае 1944 года полк майора Г. А. Мартьянова перелетел еще ближе к линии фронта, на аэр. Стеревнёво, что северо-западнее

г. Велиж. Аэродром Стеревнёво находился всего в 25 км от линии фронта и военнослужащие полка в тихую погоду часто слышали доносившиеся оттуда залпы артиллерийских батарей. Услышали они канонаду и ранним утром 23 июня 1944 года, в день перехода советских фронтов в наступление по плану операции «Багратион».

Первый день наступательной операции выдался хмурым. Небо было затянуто низкими, без просветов облаками. Местами шел сильный дождь. Тем не менее, наши наземные войска на направлении главного удара продвинулись на 6–8 километров. Во второй половине дня небо несколько прояснилось, эскадрильи штурмовиков и бомбардировщиков сумели нанести по врагу ряд ощутимых ударов. Наступающие армии, развивая успех в юго-западном направлении, вышли к реке Западная Двина. Находящийся в разведывательном полёте экипаж капитана С. И. Володина установил, что противник начал выдвижение своих колонн к реке. Цель у них, вероятно, была одна – не допустить форсирование реки советскими войсками. Володин прямо с воздуха передал эти данные по радио в штаб фронта. Это способствовало выдаче срочного приказа генералом И. X. Баграмяном об ускорении наступления, о требовании с ходу форсировать Западную Двину и захватить плацдарм на ее противоположном берегу.

Обстановка в воздухе заметно осложнилась, особенно для экипажей воздушных разведчиков, которых гитлеровцы стремились сбить во что бы то ни стало. Только за 24 июня 1944 года 3 экипажа 11 ОРАП не вернулись на свой аэродром:

Приказом ВГК №115 от 24 июня 1944 года за прорыв сильной, глубоко эшелонированной обороны Витебского укрепленного района немцев, северо-западнее города Витебск 11-му отдельному разведывательному авиационному полку объявлена благодарность.

26 июня 1944 года был освобождён древний, страшно разрушенный город Витебск.

Борис Дайтер

Краснознаменный Витебский разведывательный. Часть 3.

Краснознаменный Витебский разведывательный. Часть 4.

 

Краткие биографические справки

Бахвалов Георгий Павлович (10.01.1914 -- 29.09.1974) — подполковник, Герой Советского Союза (04.02.1944). После окончания 7 кл. школы учился в ФЗУ, затем окончил техникум, работал геологом. Призван в РККА в 1937 г. В 1938 г. окончил 3-ю ВШЛ им. Ворошилова (г. Оренбург). Направлен служить летнабом в 128 СБАП 70 ЛБАБр (Витебск, аэр. Улла). В составе этого полка начал Великую Отечественную войну с 22 июня 1941 г. на Зап. фронте в составе экипажей СБ-2. С декабря 1941 г. на Калининском фронте в составе 3 ДРАЭ - летал штурманом на самолёте У-2 и Пе-2, лейтенант, совершая полёты для разведки переднего края обороны, полёты в тыл врага. Дважды его самолёт подбивали (горел), но удалось выпрыгнуть и добраться до своей части. Был контужен, получил ожоги 2-ой степени, переведён на должность адъютанта АЭ. В январе 1943 г. переведён на лётную работу в 11 ОРАП 3 ВА Калининского фр. — ст. лётчик-наблюдатель, ст. л-т/капитан. К сентябрю 1943 г. совершил 169 б. в. на разведку, аэрофотосъёмку тылов и переднего края обороны противника, бомбометание. Далее, 1-й Прибалтийский, 3-й Белорусский фр. Закончил войну в Восточной Пруссии после взятия Кёнигсберга, майор. После войны продолжал службу в ВВС. С 1960 г. подполковник в запасе.

Глебов Михаил Максимович (24.07.1921 – 31.03.2003) – полковник (1975), Герой Советского Союза (18.08.1945). Окончил школу в селе Пески. Работал экспедитором хлебопекарни в г. Вязники, трудился в колхозе им. 8 марта в дер. Свиново. Окончил Вязниковский аэроклуб. В июне 1940 года был призван в КА. Учился в Коростенской ВШП. Начало Великой Отечественной войны встретил курсантом ВАШ (г. Энгельс). После недолгой переподготовки, был переведен в 15-й ЗАП в г. Петровск (Саратовская область). В марте 1943 года убыл в действующую армию, в 11-й ОРАП 3-й ВА Калининского фронта. Участвовал в боях на Калининском, 1-м Прибалтийском и3-м Белорусском фронтах. К декабрю1944 года - зам. командира АЭ, капитан. Всего за время войны совершил 172 боевых вылета, более 50 раз бомбил вражеские объекты, участвовал в 35 воздушных боях, разведал 185 мест сосредоточения войск и техники гитлеровцев, 112 железнодорожных узлов и станций, 86 аэродромов и посадочных площадок. Также фотографировал военные объекты врага в Смоленске, Орше, Витебске, Полоцке, Шяуляе, Риге, Кенигсберге. После окончания войны продолжал службу в ВВС Советской Армии. В 1954 году окончил ВВА. В 1975 году был уволен в запас.

Зевахин Михаил Степанович (12.09.1922-13.01.1944) — капитан (16.11.1943), Герой Советского Союза (04.02.1944 посмертно). После окончания 7 кл. учился в техникуме и одновременно в аэроклубе. С 1939 г. в рядах РККА. В 1940 г. окончил Молотовскую (Пермскую) военную авиационную школу пилотов. Направлен служить в строевую авиационную часть. В мае 1942 г. получил назначение в 128 БАП, Калининском фр., мл. л-т. 05.11.1942 года был переведён в 11-й ОРАП (211-я БАД). К сентябрю 1943 г. командир звена 11-го ОРАП (3-я ВА, Калининский фронт), ст. лейтенант, совершил 198 б. в., из них 76 на бомбардировку войск и 122 на разведку, его экипаж сбил 2 самолёта противника.13.01.1944 был тяжело ранен в авиационной катастрофе. Умер в госпитале.

Свирчевский Владимир Степанович (28.01.1920 – 02.05.1985) – полковник, Герой Советского Союза (24.08.1943). Среднюю школу окончил в 1937 году. Устроился чертёжником-конструктором в литейный цех завода им. С. Орджоникидзе. Без отрыва от производства стал учиться в Краматорском аэроклубе. Окончив его, поступил в Ворошиловградскую школу пилотов. Участник Великой Отечественной войны с июня 1941 года. К лету 1943 года совершил 135 успешных б.в. в глубокий тыл противника на разведку. После войны отважный воздушный разведчик продолжал службу в ВВС СССР. В 1951 году он окончил Высшие лётно-тактические курсы усовершенствования офицерского состава. С 1959 года - в запасе.

Солдаткин Николай Алексеевич (23.10.1921 - 22.10.1943) – старший лейтенант. После окончания 7 классов поступил учиться на физкультурное отделение Саранского педагогического училища. Учёбу совмещал с занятиями в аэроклубе. В 1939 году окончил педучилище и занятия в аэроклубе. Успешно оканчивает летные учебные заведения в городах Гостомеле, Саратове и Белой Церкви. Направлен 15.03.1941 служить пилотом в 86 СБАП, КОВО, сержант. 20.07.1942 переведен в 320 ОРАЭ, старшина. В Великой Отечественной войне с 05.11.1942 года. В составе 11 ОРАП с 10.01.1943, мл. л-т. За проведенные 136 боевых вылетов на разведку был представлен к званию Героя Советского Союза. Взамен фронтовым приказом награда была снижена до ордена Суворова III степени. Погиб 22.10.1943 г. во время очередного полета, когда на самолете отказали сразу два двигателя.

Шелядов Пётр Иванович (04.07.1920 – 24.05.1995) – майор. Окончив 7 кл. школы, поступил в техникум. Призван в РККА 12.02.1940. и направлен учиться во 2-е Чкаловское военно-авиационное училище. Получив специальность лётчика-наблюдателя, сержант был направлен служить стрелком-бомбардиром в 221 БАП АДД 1-й дальнебомбардировочной резервной АБр. Вступил в Великую Отечественную в составе 221 БАП АДД. Осенью 1941г. переведён в 617 НБАП ЗапФ, (сформирован 15.12.1941г. на базе 1-й Чкаловской ВАШП в УралВО), затем в составе Калининского фр., летнаб, старшина (18.01.1942). На 27.03.1942 совершил 86 успешных ночных боевых вылетов на Р-5. 09.04.1942, старшина был представлен к званию Герой Советского Союза, но окончательно высокое звание не получил – взамен награждён орденом Ленина. Зачислен летнабом в состав 11 ОРАП (08.1942), мл. лейтенант. 21.11.1942 экипаж на вернулся с боевого задания - пропал без вести. Экипаж вернулся в часть 02.12.1942. В составе 11 ОРАП совершил более 150 боевых вылетов, всего же за войну совершил более 240 б.в., капитан. После войны продолжал служить в ВВС СССР. Уволен в запас 20.06.1956.

Категория: Статьи | Добавил: Саша (24.02.2024)
Просмотров: 33 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Copyright Белорусский авиадневник © 2010-2024